Научные статьи Словари Языкознание

К вопросу об источниках формирования химической лексики в крымскотатарском языке

Миреев Вадим Алданович

E_mail: minlan@yandex.ru

 Аннотация. В настоящей статье прослежены пути формирования химической терминосистемы и номенклатуры в крымскотатарском языке как в источниковедческом, так и в этимологическом аспектах. На конкретных примерах продемонстрировано своеобразие их развития в синхронии и диахронии. Для химической терминологии и номенклатуры крымскотатарского языка, начала которой восходят к раннему средневековью, и в общем сформировавшейся в первой трети прошлого века, свойственно сочетание лексем как тюркского происхождения, так и заимствований из арабского, персидского, древнегреческого, латинского, русского, современных западноевропейских языков, и, в существенно меньшей мере — из китайского, монгольского и санскрита. Изучение источников, на базе которых формировалась и совершенствовалась химическая терминология и номенклатура крымскотатарского языка, даёт возможность использовать ценные достижения прошлого для её ускоренного развития.

Ключевые слова: крымскотатарский язык, химическая терминосистема и номенклатура, заимствованные слова, этимология.

Первые слова для обозначения химических веществ и явлений появились в древнейшие времена, а в наши дни число номенов (единичных понятий), терминов (общих понятий), профессионализмов в мировом химическом языке (вне зависимости от национальной оболочки) достигло почти 28 миллионов, из них номенов — более 27 миллионов.

Химическая терминосистема в крымскотатарском языке, истоки которой можно отнести к раннему средневековью, безусловно, следовала общей тенденции, хотя темпы её развития по известным причинам уступали таковым в мировых языках. При этом важно отметить, что изучение источников, на базе которых она формировалась и совершенствовалась, даёт возможность использовать ценные достижения прошлого для её ускоренного развития.

Вполне естественно, что будучи частью крымскотатарской естественно-научной и, шире, научной терминологии, химическая терминология и номенклатура крымскотатарского языка укладывается в парадигму их развития и повторяет пути совершенствования научной терминологии в целом. Периодизацию развития научной терминологии Э.С. Ганиева проводит следующим образом: «1) общетюркский период и период Крымского ханства (по 1783 г.); 2) период газеты «Терджиман» и культурно-просветительской деятельности ее издателя и редактора И. Гаспринского (1883 – 1918 гг.); 3) период реформирования крымскотатарского языка (20 – 40-е годы XX в.); 4) период 60 – 80-х гг. XX в.; 5) период стабилизации и совершенствования крымскотатарской научной терминологии на современном этапе. Первые два из указанных периодов можно назвать этапами стихийного развития терминологии, последующие – организационно-целенаправленного формирования, так как крымскотатарские ученые делали попытки решать проблемы научной терминологии на государственном уровне. Для 20 – 30-х годов XX в. характерны тенденции, направленные на критику старой терминологии и замену ее новообразованиями, сформированными на базе крымскотатарского языка. Современный период характеризуется активизацией деятельности крымскотатарских ученых по дальнейшему развитию и унификации научной терминологии» [3]. Вышесказанное можно в основном распространить и на тенденции развития крымскотатарской химической терминологии и номенклатуры.

Первые элементы крымскотатарской химической терминосистемы начали оформляться ещё во времена Codex Cumanicus.

К таковым можно отнести такие названия веществ, как «тутия» (цинк), «къыврыкъ» (сера), «демир» (железо), «кумюш» (серебро), «инкъыджы» / совр. «инджи» (жемчуг), «якъут» (рубин), «япкъут» (сапфир), «змюрют» / совр. «зюмрют» (изумруд), «ялмас» / совр. «эльмаз» (алмаз), «къоркъасин» / совр. – «къуршун» (свинец), «акъ къоркъасин» / совр. «къалай» (олово), «бакъыр» (медь), «алтун» / совр. «алтын» (золото), «самала» (смола), «гуль аб» / совр. «гуль суву» (розовая вода), «кене сую» / совр. «кунесув» (ртуть), «нил» — индиго, «киреч» (известняк), «комюр» (уголь) [7]. В общетюркский период и период Крымского ханства начинают использоваться и такие лексемы, как «нашатыр» (нашатырь – хлорид аммония), «буллюр» (хрусталь, кристалл), «сюрме» (сурьма), «кибрит» (сера), «кяфуре» (камфора).

Химические термины продолжали пополнять словарный запас крымскотатарского языка на протяжении последующих столетий. В словаре Л.Э. Лазарева [9], увидевшего свет в 1864 году, мы находим такие слова, как «живе» («дживе»), «зейбек», «симаб» (ртуть), «кехл» (сурьма), «тутия» (белила; можно с уверенностью предположить, что цинковые), «ахэн» (железо), «ахэк» (известь), «туткъал» (клей), «акъикъ» (сердолик), «мааджун» (лекарство), «мис» / совр. «бакъыр» (медь); «эксир» / совр. «сирке» (эссенция, уксус), «мум» / совр. «балавуз» (воск), «дарчин» / совр. «тарджин» (корица), «кевсер» (нектар), «анбер» (амбра), «ферфир» (пурпур), «тилла» / совр. «алтын» (золото), «супенд» (рута), «якъут» (яхонт).

В романе И. Гаспринского «Молла Аббас», опубликованного в 1887 году, встречается слово «кимьягер» / в современном крымскотатарском языке — «химияджы» (химик), а в повести О.Акъчокъракълы «Ненкеджан ханым тюрбеси», увидевшей свет в 1899 году, находим слово «кехрибар» / в современном крымскотатарском языке – «кербар» (янтарь) [8].

В словаре Османа Заатова [4], опубликованном в 1906 году, имеется существенное число терминов, которые имеют непосредственное отношение к химической науке. В частности, здесь мы находим слова «ильм кимья» (химия), «зырныкъ» (кобальт), «сычан оту» (мышьяк), «къатран» (дёготь), «лястик» (каучук), «шап» (квасцы), «экшилик» (кислота), «гульсую» или «куль суву» (щёлок), «гульсую иле джумакъ» (щелочить), «сачкъыбрыз» (купорос), «кукурт» (сера), «сирке» (уксус), «кунесу» (ртуть), «трементин» (скипидар), «зифт» (смола), «чакъмакъташ» (кремень), «бор» (мел), «къалай» (олово), «туткъал» (клей), «мыйыкъмай» (фабра), «хъакъыкъ» / совр. «акъикъ» — сердолик, «кендир ягъы» (конопляное масло), «ички», «ракъы» (водка, алкоголь), «сусыз» / совр. «сувсуз» (безводный), «акълыкъ» (белила), «юмурта-акы» / совр. «йымыртанынъ акъы» – белок, «ириме» – выплавка, «иритмек» – выплавлять, «иритип чкармак» / совр. «иритип чыкъармакъ» – вытапливать.

Вообще говоря, в первой четверти или даже трети XX века в крымскотатарской химической терминологии всё ещё были сильны позиции специальной лексики, заимствованной из арабского языка, которые конкурировали с русскими номинациями, уже широко известными к тому времени. Так, в текстах «Терджимана» кислота именовалась «хумуза», а кислород — «мювеллидюльхумуза» [8].

Однако по большому счёту, крымскотатарская химическая номенклатура как система в целом сформировалась в 20-30-х годах прошлого века и её становление ознаменовалось переориентировкой на международную номенклатуру. Подчеркнём, не русскую, а именно международную. Существенный вклад в реализацию этой тенденции внесло появление в довоенный период ряда переводных учебников и учебно-методических пособий по химии [1, 2, 19–25]. Особое внимание привлекает книга «Hazirki ximjanьŋ açaiblikleri» [22] – первая и, вероятно, и до наших дней единственная, написанная в жанре научно-популярной литературы по химии.

Итоги этой напряжённой работы подвела публикация в 1936 году основополагающего 99-страничного словаря «Русча-татарджа химия терминлери лугъаты» А. Мамбетова [21]. Именно здесь была последовательно проведена линия на преимущественное использование греко-латинской лексики для номинации химических веществ, которая определяет облик крымскотатарской химической номенклатуры и в наши дни.

Депортация крымскотатарского народа крайне негативно сказалась на процессе становления химической номенклатуры и терминологии, однако не остановила полностью. Лексемы, которые можно классифицировать в качестве химических терминов и номенов, появлялись на страницах газеты «Ленин байрагъы» в материалах, освещавших работу крымских татар на химических предприятиях в местах высылки, или в статьях, рассказывающих о жизненный и творческий путь выдающихся химиков (например, статья А.К. Касимова о Д.И. Менделееве [6] – яркое тому подтверждение).

Новый этап в развитии химической терминологии и номенклатуры в крымскотатарском языке был связан с возвращением народа в Крым. Именно тогда появляется краткий терминологический словарь С.М. Усеинова, один из разделов которого был посвящён химии [16]. А в середине 2000-х годов выходят в свет новые переводные учебники химии для средней школы, где активно используются номенклатурные названия элементов и химических соединений [13, 14, 18].

В 2014 году свет увидел «Русско-украинско-крымскотатарский словарь терминов» С.М. Усеинова и Э.А. Бекирова, где имеется отдельный химический раздел, подготовленный С.М. Усеиновым [17].

Настоящим событием (но, к сожалению, только для специалистов) стала работа сотрудников ГБОУ ВО РК КИПУ к.х.н. Т.Ш. Ибрагимова и к.х.н. Г.Т. Ибрагимовой «Химия. Талебелернинъ мустакъиль иши ичюн дидактик малюмат» [5] – по-видимому, первого в истории пособия по химии для студентов ВУЗов на крымскотатарском языке. Книга была издана в 2014 году за счет средств авторов всего в 6 экземплярах.

В химической профессиональной лексике, представленной в этих книгах, системно используются международные греческо-латинские терминоэлементы плюс лексические единицы крымскотатарского языка тюркского, арабско-персидского происхождения, заимствования из санскрита, китайского, греческого, русского и западноевропейских языков.

К исконно тюркской лексике в крымскотатарской химической терминосистеме относятся такие слова, как «алтын» (золото), «къуршун» (свинец), «бакъыр» (медь), «тунч» (бронза), «джез» (латунь; это слово было первоначально основным для номинации меди в тюркских языках) [21].

Весьма важную роль в формировании и развитии химической лексики крымскотатарского языка с самого начала и вплоть до 30-х годов XX века играли арабский и персидский языки. Говорящими на крымскотатарском языке такие слова практически не осознаются как иноязычные, поскольку они используются уже не одно столетие и, как правило, подверглись фонетической адаптации к требованиям тюркского фонетического строя. Без учета их влияния невозможно объективно оценить не только источники, но и современное состояние химических терминов крымскотатарского языка.

Так, из фарси попали в крымскотатарский язык лексемы «сирке» (уксус), «киреч» (известь), «кербар» (янтарь), «фирузе» (бирюза), «болат» (сталь), «мис» (диал. медь), «нышаста» (крахмал), «битараф» (нейтральный), из арабского — «калий», «натрий», «алкоголь», «яшма», «мерджан» (коралл), «якъут» (рубин), «зюмрют» (изумруд), «эльмаз» (алмаз), «афьён» (опиум), «маден» (металл), «мадде» (вещество, материя), «зерре» (частица), «эсас» (основание), «къалай» (олово), «теркип» (состав, синтез), «барот» (порох), «задж» (купорос), «ава» (воздух), «алет» (прибор, инструмент). До конца не выяснено происхождение названия элемента циркония, попавшего в крымскотатарский посредством русского. Предполагается, что оно происходит от арабского zarkûn – «киноварь» или от персидского zargun – «золотистый цвет».

Cреди слов, принадлежащих к химическому сегменту лексики, есть немало таких, чья история и этимология уходит в глубь веков и выглядит как настоящий детектив. Одно из таких слов – «буллюр» (хрусталь; кристалл). Происходит оно из санскрита и в древней Индии, оно звучало как vāidhūrya. В Индии и поныне есть город Белур, он находится недалеко от Мадраса и славен с давних времён крупным месторождением изумрудов. Далее оно попадает в Персию, преобразуется в vilurya, от них к арамейцам, там оно звучит уже как bəlūrā, потом к арабам – у них это billawr/billūr. От арабов его усвоили и тюрки (в том числе и крымские татары), и европейцы – у древних греков оно звучит как βήρυλλος (berillos). Отсюда (точнее, от именования разновидности изумруда — минерала берилла) и именование химического элемента бериллия.

Не менее интересно и этимология слова «химия», которое в крымскотатарский язык в таком виде было заимствовано из русского. Тем не менее, несомненно его арабское происхождение (al-kimiya), в арабский же оно попало из греческого, где означало (естественно, без арабского артикля) «черную магию из Египта». Сами египтяне словом kem называли черную плодородную землю, обнажающуюся после разлива Нила. Таким образом, получается, что химия – это «египетская наука». Но есть и другие версии. Например, что слово «химия» произошло от греч. chymos – «сок» или от родственного ему глагола chein – «лить» [10].

К заимствованиям из китайского относят слово «инджи» (жемчуг). Лексемы «кумюш» (серебро) и «демир» (железо) — китаизмы на пратюркском уровне согласно [15], однако, по нашему мнению, такое утверждение дискуссионно.

Монголизмом является слово «шинген» (жидкий) [11].

К ранним грецизмам в крымскотатарской химической лексике относятся такие слова, как «челик» (сталь), «кубре» (удобрение), «хуню» (воронка). В работе [11] отмечается, что «грецизмы адаптированы крымскотатарским языком не только фонетически, но и морфологически… От именных основ греческого происхождения образуются прилагательные, глаголы и другие части речи при помощи крымскотатарских аффиксов, например, «кубрели» (удобренный), «кубрелемек» (удобрять)…».

Поздними грецизмами в крымскотатарской химической терминосистеме и номенклатуре являются интернациональные лексемы, заимствованные через русский язык. Это, в частности, названия химических элементов («гидроген», «гелий», «литий», «азот», «оксиген», «фтор», «неон», «фосфор», «хлор», «аргон», «хром», «кадмий», «селен», «бром», «криптон», «молибден», «технеций», «родий», «палладий», «йод», «ксенон», «барий», «лантан», «празеодим», «неодим», «прометий», «диспрозий», «тантал», «осмий», «иридий», «астат», «актиний»), отдельных химических соединений и групп («аммиак», «оксид», «галоген»), элементарных частиц («электрон»).

Грецизмы как таковые следует отграничивать от интернациональных терминоэлементов греческого происхождения, таких, как, например, -оид (коллоид), тио- и -тиол (тиосульфат, этантиол), моно- (мономер), поли- (полимер), а- (ан-) (апротон, ангидрид), анти- (антисептик) и многих других, перечисленных в нашей работе [12].

Весьма многочисленные номены и термины латинского происхождения, вошедшие в состав крымскотатарской химической терминосистемы через посредство русского языка, совершенно невозможно охватить в рамках одной статьи. Среди них отметим номинации химических элементов («алюмин», «кальций», «силиций», «теллур», «цезий», «гольмий», «лютеций», «гафний», «радий», «радон»), сплава «дюраль» (от durus – твёрдый). Кроме того, термины, образованные от латинских слов, часто означают технологические приёмы, действия: «абсорбирлев, абсорбирлеме» (абсорбция), «ректификация», «реакция». Прикладной характер значений латинских слов сохранился и в наиболее часто употребляемых аффиксах современных терминов. Так, ограниченно продуктивный в крымскотатарской химической номенклатуре префикс де- (дез-) отображает идею отделения, устранения, лишения, уничтожения, отсутствия или завершения действия: «денатурлав, денатурлама, денатурлаштырув, денатурлаштырма» (денатурирование), «декантация». С другой стороны, непродуктивный префикс ко- (кон-, ком-, кор-) происходит от латинского префикса con- и придаёт словам значение совместности действия, объединения (в соединении, сообща, вместе): «ковалент» (ковалентный), «координация» (координация), «композит» (композит), «коагуляция» (коагуляция).

Латинский язык – не только источник заимствований. Латинские лексемы послужили моделью для создания крымскотатарских химических терминов методом калькирования, например, «кукюртсизлендирюв, кукюртсизлендирме» (десульфурация, обессеривание), «битарафлаштырув, битарафлаштырма» (нейтрализация).

Через русский язык из немецкого в крымскотатарский вошли названия химических элементов: «марганец», «кобальт» (от Kobold – горный дух), «никель» (от Kupfernickel – медный дьявол), «вольфрам» (от Wolfrahm – «волчья пена»), «рений» (от названия реки Рейн), «висмут» (от weisse Masse – «белая масса»). Немецкого происхождения также слово «колба». Там оно обозначает и другие предметы с утолщением – кукурузный початок, булаву, палицу, а также толстый нос [10]. Ещё одно немецкое слово в крымскотатарском — «тигель» (от слова Tiegel – горшок).

Из французского через русский пришли слова «мельхиор» (сплав меди и никеля) и «франций», а лексема «титрлев, титрлеме» (титрование) происходит от французского слова titre – «качество, характеристика». Оттуда же, из французского в крымскотатарском — «жавель суву» (жавелевая вода, раствор KClO+KCl). То же самое относится к лексеме «эргостерин» (от французского ergot – «петушиная шпора»).

Есть в крымскотатарском языке и англицизмы, которые были заимствованы через русский: «поташ» (от pot – горшок и ash – зола), «лиддит» (взрывчатое вещество).

 Mireyev Vadim Aldanovich.

 Revisiting sources of formation of chemical lexis in the Crimean Tatar language

 Abstract. In this article, the ways of forming a chemical terminology system and nomenclature in the Crimean Tatar language are traced both in the source-study and in the etymological aspects. Specific examples show the peculiarity of their development in synchrony and diachrony. For the chemical terminology and nomenclature of the Crimean Tatar language, whose beginnings date back to the early Middle Ages, and generally formed in the first third of the last century, there is a combination of lexemes of both Turkic origin and borrowings from Arabic, Persian, Greek, Latin, Russian, modern Western European languages, and, to a much lesser extent, from Chinese, Mongolian and Sanskrit. Studying the sources on the basis which the chemical terminology and nomenclature of the Crimean Tatar language was formed and improved of, makes it possible to use the valuable achievements of the past for its accelerated development.

Keywords: Crimean Tatar language, chemical terminology and nomenclature, borrowed words, etymology.

 Литература:

  1. Верховский В. Органический химия: 10 сынфына махсус дерслик / В. Верховский, Я. Гольдфарб, Л. Сморгонский; тердж.: А. Мамбетов; ред.: А. Куркчи. – Симф.: Къырымдевнешр, 1939. – 207 с.
  2. Верховский В. Неорганический химия (орта мектеп ичюн дерслик) / тердж.: А. Мамбетов; ред.: А. Куркчи. – Симф.: Къырымдевнешр, 1939. – 325 с.
  3. Ганиева Э. Крымскотатарская научная терминология: история и перспективы развития / Э. Ганиева // Крымское историческое обозрение. – 2015 – № 2. – С. 239 – 248.
  4. Заатов О. Полный русско-татарский словарь крымскотатарского наречия / О. Заатов. – Симф.: тип. братьев Я. и М. Нутис., 1906 – 120 с.
  5. Ибрагимов Т. Химия. Талебелернинъ мустакъиль иши ичюн дидактик малюмат / Т. Ибрагимов, Г. Ибрагимова. – Симф.: изд-во. РВУЗ КИПУ, 2014. – 240 с.
  6. Касимов А. Улу Алим / А. Касимов // Ленин байрагъы, № 10 (704). – 1964. – Февр. 2.
  7. Керимов И. Къырымтатар тилинен багълы лексикографик чалышмаларнынъ тарихчеси / И. Керимов. – Симф.: Ариал, 2016. – 168 с.
  8. Керимов И. Къырымтатарджада къыйын сёзлер / И. Керимов. – Акъм.: «Таврида», 2006. – 176 с.
  9. Лазарев Л. Турецко-татарско-русский словарь наречий: османского, крымского и кавказского, с приложением краткой грамматики / Л. Лазарев. – М.: Университетская типография, 1864. – 462 с.
  10. Леенсон И. Язык химии. Этимология химических названий / И. Леенсон. – М.: Corpus, 2017. – 464 с.
  11. Меметов А. Лексикология крымскотатарского языка / А. Меметов. – Симф.: Крымучпедгиз, 2000. – 288 с.
  12. Миреев В. Аффиксальная деривация при образовании химических терминов и номенов в крымскотатарском языке / В. Миреев // Вопросы крымскотатарской филологии, истории, культуры. – 2017. – № 4. – С. 11 – 24.
  13. Попель П. Химия. Умумтасиль окъув юртлары ичюн дерслик. 7 сыныф / П. Попель, Л. Крикля; тердж.: Н. Ахмедов, Т. Ибрагимов, З. Ибрагимова, Э. Ибраимова, А. Меметова, Э. Османова, Э. Сайтибрагимова. – Львів: Світ; Симф.: Доля, 2007. – 136 с.
  14. Попель П. Химия. Умумтасиль окъув юртлары ичюн дерслик. 9 сыныф / П. Попель, Л. Крикля; тердж.: А. Сейт-Джелил. – Львів: Оріяна-Нова, 2009. – 232 с.
  15. Тенишев Э. Сравнительно-историческая грамматика тюркских языков / Э. Тенишев [и др.]. – К.: Лексика. – М.: Наука, 2001. – 822 с.
  16. Усеинов С. Русско-крымскотатарский терминологический словарь. Техника, физика, философия, химия / С. Усеинов. – Симф.: редотдел Крымского комитета по печати, 1992. – 64 с.
  17. Усеинов С. Русско-украинско-крымскотатарский словарь терминов / С. Усеинов, Э. Бекиров. – Симф.: изд-во Дагаджиева Э.С., 2014. – 520 с.
  18. Ярошенко О. Химия: умумтасиль окъув юртлары ичюн 10 сыныф дерслиги / О. Ярошенко; тердж.:А. Сейт-Джелил. – Львів: Оріяна, 2010. – 224 с.
  19. Goldfarb Y. Himiyadan meseleler ve temrinler orta mektep icün / Goldfarb, L. Smorgonskiy; terc.: A. Mambetov, A. Kasimov. – Aqm.: Qırım devlet neşriyatı, 1936.
  20. Lebedeff P. Himiya iş kitabı. Şeher tatar yedi yıllıq mektebleriniñ 5-nci ve 6-nci oquv yılları içün / P. Lebedeff; terc.: A. Şumin. – Aqm.: Qırım devlet neşriyatı, 1929. – 136 s.
  21. Mambetov A. Rusca-tatarça himiya terminleri luqatı / A. Mambetov. – Aqm.: Qırım devlet neşriyatı, 1936. – 99 s.
  22. Neyburger A. Hazirki himiyanıñ acaiplikleri / A. Neyburger; terc.: A. Lâtifzade. – Simf.: Qırım devlet neşriyatı, 1931. – 90 s.
  23. Şeher ve koy orta derece mektepleriniñ programları: 5-8 oquv yılları. 1. Biologiya. 2. Kimya – Simf.: Qırımdevneşr, 1933. – 50 s.
  24. Şumin A. Kimyadan iş kitabı. Kolhoz yaşlıqı mektebiniñ 2-nci sınıflarında iş kitabı olaraq qullanılması / A. Şumin. – Aqm.: Qırım devlet neşriyatı, 1931. – 143 s.
  25. Verhovskiy V. Kimya orta derece mekteplerge mahsus derslik / V. Verhovskiy: terc.: A. Kasimov, A. Mambetov; red.: A. Şumin. – Simf.: Qırım ASSC Devlet neşriyatı, 1933. – 154 s.

Миреев Вадим Алданович, к.хим.н., вед. науч. сотрудник НИИ крымскотатарской филологии, истории и культуры этносов Крыма ГБОУВО РК КИПУ (Симферополь)

Об авторе

Таир Керимов

Таир Керимов

Оставить комментарий